?

Log in

 
 
12 January 2017 @ 03:36 pm
The Tempest...  
Да-да, та самая "Буря" (с Саймоном Расселом Билом, ахЪ), которая так не понравилась кое-кому из моих ЖЖ-френдов (бебебе ;) ), да еще и в кино смотреная (*меркантильно* а там программки даром выдают! :-) *печально* и молодых зрителей даже там маловато, хотя были, были...). И в тот период моей жизни, когда я уже не могу долго, много, подробно, глубоко и аналитически (особенно хорошо так стукнув и так уж не сказать, чтобы сильно здоровую ногу аккурат за четверть часа перед представлением, плетясь в кинотеатр во тьме вечерней через две дороги и еще сунувшись сначала не туда - я гениальна, об этом уже даже вопросов нет ;) ).

Но мне таки все равно понравилось - даже с учетом того, что, наверное, реально в театре все эти спецэффекты с молниями и проекциями духов на стенки и волн той самой бури на задник смотрелись спецэффектнее и достовернее. (Зато - спасибо волшебству четкой камеры и среднего плана - я даже во время показа этих светящихся проектов не переставала видеть реального живого Ариэля - несравненного Майкла Кортли...) И считайте меня непритязательной.

Понравился круглый, как колобок, босой Просперо, катающийся по сцене туда-сюда, едва способный удержаться на месте этакий рассерженный (ладно, хорошо, ЗДОРОВО рассерженный, способный на практически львиное рыканье) хоббит (а вы что думаете - если бы настоящего хоббита силой выковыряли из его драгоценной норы, да еще и с ребенком, он не рычал бы? ставлю последнюю пломбу - еще и кусался бы; кто читал канон, тот помнит тетеньку с зонтиком, а представьте, если это был бы магический зонтик-жезл? Средиземье схлопнулось бы в блин... :) ). Который огрызается на духов, костерит почем зря каждого второго встречного, но от нытья любимой доченьки мгновенно переключается на оправдания и почти жалобные огрызоны ;) - и пытаясь ей чего-то приказать, скорее ворчит и пыхтит, чем громыхает и распоряжается. Который помнит и переживает все, как вчера случившееся, реагирует на все обиды и радости, шипя на предательского брата и удивленно млея-растекаясь от улыбки маленькой Миранды, плевать хотевшей на все ужасти и неудобства, как будто это вот прямо сейчас происходит. Бегающий по своему острову, как председатель колхоза по своему хозяйству (иногда с таким же замороченным видом) и исподтишка прощупывающий Фердинанда не мудрым колдовским оком, а опытным взглядом старого папаши.

И, вот что хотите со мной делайте, но явно умирающий, уходящий, растворяющийся в конце вместе со своим волшебством. (Что бы ни думал по этому поводу не только он сам, а и мохнатый-бородатый демиург этого всего Грегори Доран, интервьюируемый перед спектаклем на экране вместе с оформителем, смотрящим на него с тем же недовольно-изучающе-смиренным видом, с каким Ариэли всех времен и народов всегда смотрели на Просперо - спасибо организаторам за слайд-шоу с фото из спектаклей былых времен).

В общем, я после Хелен Миррен. попавшей для меня в роль абсолютно снайперски (о чем я и написала после просмотра той "Бури"), хотела себе еще такого же точного Просперо-мужчину - и я его получила, спасибо, Саймон, спасибо, Грегори.

Понравился - это еще мягко сказано, вообще-то, я думала (к слову о той же "Буре"), после Уишоу меня никто не устроит. авотфиг - вышеупомянутый Кортли в роли Ариэля, с его невесомой и при этом упругой, почти "резиномячевой" пластикой, с его нереальным, действительно каким-то отстраненным голосом, особенно в пении - теплый, прозрачный, дымчатый какой-то, и при этом абсолютно явно нечеловеческий, в самом совершенстве своем, без намека на дрожь, вздохи, необходимость отдохнуть, нормальные, живые неточности... нет этого здесь... С его пристальным, неотрывным, не столь любопытным (не настолько человек, нет), сколь изучающе-жаждущим знать взглядом - и даже интонацией. (Я не помню, вот правда склероз, спрашивал ли в тексте Ариэль у Просперо, любит ли тот его - по-моему, все-таки нет, но если так, это единственная отсебятина во всей постановке, и этот короткий вопрос внезапно абсолютно вписывается в пьесу и образ, потому что звучит, будто вопрос о том, что это такое вообще - "любишь". *А отрицательный огрызон Просперо в ответ - как "да", гы. ;) ).

И когда он уходит... Вот сколько я видела Ариэлей до сих пор - они все, при самых сложных отношениях с бывшим хозяином, весело и без оглядки исчезали на свободу. Как минимум - беспечально. А этот, как я уже сказала, гораздо более отстраненный, подобранный, как-то по-своему внутренне напряженный, чем большинство известных мне (которые к хозяину, бывало, и ластились, и подольщались, и вились вокруг)... Он вдруг как будто теряет свою ту самую невесомость - и скорость заодно. Прямо как будто какая-то неуклюжесть октуда-то берется. Только что ноги не волочит, уходя. Вроде бы и не оглядывается, и не говорит ни слова, но, даже глядя перед собой, как будто смотрит назад. Нет, обалдеть, какая у парня пластика и владение... практически всем.

Понравилась своевольная, порывистая, "семь эмоций в минуту", своевольная (ее в интервью так и обозвали - opinionated ;) ) Миранда с манерами протестующей молодежи, привычкой воспитывать родителей с детства :) , обожающая папу настолько, что чуть не с ножом к горлу требующая от него идеала - и таскающая тяжеленные коряги, наваленные в качестве послушания на изнеженного Фердинанда, одной левой в буквальном смысле. :) (К вопросу об интервью: я тут очень феминистски разобиделась на Била, строго выговаривавшего своему Просперо за угнетательское обращение с Калибаном, потому что, как бы, э, ну, в общем, у папы П. были некоторые причины вести себя с аборигеном невежливо. Я бы посмотрела, как бы сам Саймон отнесся к угнетенному, попытавшемуся, скажем, его кастрировать. А неудавшееся изнасилование, значит, это так, мелочевка, было бы за что ругаться и гонять хворостиной по пещере? Бу! :-) Но, увидев эту Миранду, отчасти умерила свой праведный гнев, потому что не удивлюсь, что при такой леди, может, особой опасности и не было. Могла и сама скрутить, если что. :) ). А как она дивно бегала от мужика к мужику в предфинальной сцене, восторгаясь дивным новым миром, где такой, гм, цветник, оказывается, доступен (аж Фердинанду пришлось хватать и оттаскивать с интонациями детсадовца в песочнице: не замайте, мол, я первым успел... :) ).

И вышеупомянутый насильник (я вообще очень последовательно) понравился нереально - этот ихтиозавр с глазами энтузиастического бродячего пса - абсолютная наивность в сочетании с абсолютным же отсутствием понятия о краях, в какой-то мере обратная сторона того самого, столь же порывистого, Просперо, только без книжек и воспитания (со всеми вытекающими), которому приходится увидеть собственное убожество со стороны и еще в усугубленном варианте - Тринкуло и Себастьяно, да, прыгающие вокруг одежек, как дикари в прямом смысле слова, когда даже он сам, Калибан, и то лучше различает материальное и духовное (типа свободы ;) ). Или стал различать в процессе, сам того не заметив... В общем, когда он в финале встает прямо вместо обычной своей ходьбы внаклонку и в его голосе появляется осмысленность и такой, блин, интеллект, какого и у Просперо не всегда услышишь - это не выглядело ни натужным, ни назидательным, ни рояльным. Как-то естественно вышло это у Джо Диксона и авторов, да.

А еще мне понравился этот стиль - когда несколько, может быть, утрированные и подчеркнутые движения, производимые вразрядку, "на расстоянии" одно от другого, оказываются настолько выразительными в этой подчеркнутости и одиночестве своем. Так, что когда честный Гонзало, стоящий ровно, как столб, с испуганно-офигевшим видом, в течение всего монолога Просперо, вдруг резко хватается за голову, услышав "я потерял Миранду", это в одну секунду рассказывает все, что в пьесе еще недосказано о нем и все, чего не было сказано о его отношениях с героем и его маленькой девочкой. (Кстати: черный Гонзало Джозефа Майделла - настолько же безусловен и единственно возможен в этой роли, как был черный Вашингтон в роли принца Арагонского в другой постановке Шекспира. Это для всех страдальцев по аутентичности, буде вдруг случайно сюда забегут ;) ). А когда прощенный брат-предатель, с которого раскаявшийся король стащил герцогские цацки, чтобы вернуть законному владельцу, совсем уж по-детски пытается за отнятое уцепиться... ууу... ;) И сразу ясно, чего стоят все эти великие планы и масштабное тщеславие. (А как похожий чем-то на Колина Ферта Оскар Пирс отыгрывает совесть, просыпающуюся, когда засыпает ее хозяин... как они с Просперо Била, подойдя друг другу вплотную, *смотрят* друг на друга закрытыми глазами...)

И что вышеупомянутый пьяница Стефано, столь же непосредственный, как и Калибан, все свои речи, мечты и философский гедонизм выдает с интонациями лондонского кокни ("ну, йееей же?" ;) ), одновременно жалобно, задумчиво и почти ласково (господин Джайауардена, как же повезло всем нищим и базарным торговцам, что вы не полезли отбивать у них клиентов... :) ) - это отдельный восторг. Как и артистическое тщеславие шута Тринкуло, даже в ужасе или злости не забывающего кокетничать. ;) И, кажется, Симон Триндер - единственный, кому идет набеленное лицо и торчащий клоунский "поперечный ирокез". ;)

Да! И еще там не только Ариэль, но и все нереально прекрасно поют. "Стройно" - не отражает и десятой части, всем грегорианским кантам на зависть. И много синего цвета, в котором особенно грозным пламенем вспыхивает красный. И духи-богини выясняют отношения. :) И ясный свет обычного дня такой ясный, что проходит голову насквозь.

А еще Фердинанд Дэниэла Истона так красиво и гармонично играет с Мирандой Дженни Рейнсфорд в шахматы в матовой зеленоватой полутьме, что мне до сих пор немного жаль, что его мечтам о превращении этого острова в рай не суждено было сбыться. Даже если они все равно были невозможны.

И вообще они мне все понравились - и аристократические злодеи, и простоватый одномерный (и тем невероятно убедительный) король, и разноцветные духи, и правильно жутковатые гарпии. И даже то, что все кончилось, не отравило того, что было. Не знаю, шедевр ли это. Но это таки Шекспир. И это "Буря". И это было интересно, а не декламационно. И главный фигурант получил еще одну роль, которая стоит его, а он - ее. И это простое уравнение значит столько же, сколько простенькая фразочка героини другого произведения сабжевого автора: "Как долг велит".

А чего еще надо, на самом деле?
 
 
Current Mood: contentcontent
Current Music: Рождественские хоралы самого попсового типа :)
 
 
 
strengeress on January 12th, 2017 04:36 pm (UTC)
Вот такая я вредная ;)
Да вот именно. При этом она по внешности вся тонкая-звонкая, но, знаешь... Такая вся Пассионария, прям хоть щаз в полководицы. ;)